Маргинал Евсеич. Юмористический рассказ

Друзья! Смешной, юмористический рассказ «Маргинал Евсеич» не оставит равнодушным никого! Позитивного дня и хорошего настроения!

Маргинал Евсеич. Юмористический рассказ

Поехал как-то свистоплясовский каменщик Евсеич в город за зарплатой: шабашил там на стройке. Домой вернулся сам не свой от счастья. Не раздеваясь, протопал к столу, свалился на стул. Его растрепанный гардероб и общий, слегка придурковатый вид буквально кричали о том, что случилось нечто, из ряда вон.

 

— Хлебнул? — Грозно вытерла фартуком руки его благоверная.

— Ты себе, Тарасовна, как хочешь, а только ветер — в мои паруса!

— Иди, разденься, по половикам — в ботинках. «Паруса»! Какие тебе паруса, когда ты всю жизнь на веслах ходишь.

— Тарасовна, не бузи,- весело и самоуверенно подтрунивал Евсеич над супругой.

— Вот тут, в кармане, — он похлопал себя по груди,- наша с тобой новая жизнь.

— Получку -то всю отдали?

— Тьфу ты, елки- моталки, я ей про паруса, она мне про получку. Получка- само собой, Тарасовна, а я в лотерею выиграл!

— Деньги, говорю, где?!

— На месте деньги, на месте. А еще я в лотерею выиграл.

— Зарплата и так — с гулькин клюв, а он лотереи скупает! И много ты их накупил?

— Тарасовна, победителей не судят.

— И сколько ж выиграл? Крыльцо подновить хватит?

— Хватит.

— А, может, у тебя и на забор достанет, богатей?- Супруга переняла мужнину иронию

— Достанет и на забор, и на крыльцо. Вот! — Евсеич крутнул перед носом жены какой-то пестрой картонной карточкой, где красовалась совершенно фантастическая цифра 3 000 000. Тут же спрятал ее в карман.

— Потер монеткой, мильены и поперли!- Теперь уже серьезно и деловито подытожил счастливчик.

Колесики с нолями крутились в глазах Тарасовны, как казалось, даже с гулом. Она нащупала табурет, беспомощно опустилась на него.

— Где ж выигрыш?- Тарасовна все еще ничего не видела вокруг.- Давай-ка его мне.

Евсеич снисходительно растолковал глупой женщине, что за деньгами придется ехать с утра, поскольку в кассе такой суммы сегодня нет. Добавил, что всю зарплату пришлось распустить на взятки кассирам, чтоб дело быстрее шло. И присовокупил:

— Ну что, Тарасовна, беги в магазин по такому случаю. Будем обмывать наш куш!

Совершенно обалдевшая супруга поспешила в прихожую, к одежде. Ну, тут же вернулась с курткой в руках.

— Как же это, Евсеич? Ты ж вроде не азартный, в карты — в подкидного — и то — вечно в дураках сидишь, а тут за лотерею взялся?

— Да иди, говорю! И достань из заначки своей побольше. Подглядывать не буду. Не скупись, жизнь теперь сытнее пойдет. Колбасы купи, рыбки хорошей, водочки подороже, икорки, сырку. Нам есть чего обсудить.

— Три мильена, Евсеич! Это ж и в голову не лезет.

— Ковыляй, а то лавку закроют.

— Ой, я икорки-то отродясь не едала?- Как-то по девичьи засмущалась Тарасовна, продевая руки в рукава.- Может, не надо? Настасья рассказывала, там соль одна. Она в самолете трескала, когда к конопатому своему мичману летала, лет двадцать назад.

— Надо говорю! Привыкай жить, как люди.

Евсеич чувствовал себя хозяином положения, и эта роль ему явно нравилась.

— Но учти,- предупредила Тарасовна, — трынкать деньги я тебе не дам. Сейчас закусим чуток, и все. И лотерею дай сюда. Так надежнее.

Супруга растворилась. Тут же о крыльцо споткнулся сосед наших знакомцев местный механизатор Пускач. Не известно каким ему «ветром надуло», но, похоже, он был в курсе радостного события. Может быть тем самым, что расправил паруса Евсеича.

— Я, конечно, извиняюсь, Евсеич, — с порога заменьжевался он,- такое дело. Мне зуб вставить надо. А стоматологи сейчас, сам знаешь, «кусаются». Ты у моей Светки брал сотню. Мы-то уж и забыли, и не вспоминаем каждый день, но, раз такое обстоятельство, может, отдашь? Нам теперь каждая копейка — ко двору.

— Отдам, соседушка. Завтра приходи, заодно и крыльцо мне переберешь.

— А, может, тогда одолжишь тысячонок двадцать- тридцать? Я, вишь, на квадроцикл коплю. И тебя с собой на рыбалку возить буду.

— Да куплю я тебе квадроцикл этот, Господи!

Пускач молча ударил себя кулаком в грудь, налился благодарной слезой. Вымелся из дома. И вскоре обернулся с бутылкой.

Выпили.

fevseich6

— Одного не пойму,- смачно мурыжил во рту огурец Евсеич,- на кой тебе этот квадроцикл сдался? Ни крыши, ни печки. Давай я тебе сразу джип куплю? Вездеход!

Пускач смотрел на соседа, не моргая, с раскрытым ртом.

— У меня кортик есть, от отца перешел,- наконец привел он в движение челюсти.- И рама от картины, хорошая такая. Картина пропала, а рама залюбуешься: деревянная, лакированная, тяжеленная. Нужна?

— Давай.

Пускач вернулся с ремнем, кортиком и рамой. Следом прибежал и соседский парнишка с фотоаппаратом. Запечатлел Евсеича в ремне с подвешенным кортиком и в раме.

— Двести рэ — снимок,- выставил он счет.

Потом появилась завуч сельской школы Амалия Куприяновна, молоденькая, исключительно аккуратненькая особа, в сопровождении пятерых, страшно смущающихся учеников — практически весь ученический коллектив учебного заведения.

Дети очень трогательно спели для Евсеича песню «Миллион алых роз» и подарили целую корзину восковых фруктов. На одном из яблок Евсеич различил следы зубов и почему-то очень огорчился.

— За что мне? — удивлялся Евсеич, цапая пальцами яблоко за бочок.

— Мы гордимся, что вы наш современник!- Нервно выкрикнула Амалия Куприяновна и изящным пальчиком подправила очень симпатичные очечки на переносице, блеснувшие бирюзовыми стеклышками.

Потом нагрянул председатель сельсовета Роман Романович. Привез Евсеичу бесплатную подписку на районную газету «За резервы!» и, не вдаваясь в любезности, поставил в известность:

fevseich2

— Ты, Евсеич, должен сельсовету спутниковую антенну купить. Интернет, вишь, нам устойчивый нужен. А без антенны он все время глючит. Купи антенну, а мы на твою незаконную канализацию глаза закроем.

— Не слушай, Евсеич!- Ревниво встрял Пускач.- Это они спутниковое телевидение ловить задумали за наш счет.

Пускач и Роман Романович сцепились и начали молчаливо возить друг друга по комнате.

— Прекратите, слышите! Стала лупить их своими фарфоровыми кулачками по спинам Амалия Куприяновна.- Тут дети. Не стыдно вам?! Детей бы постеснялись!

В общем, в момент своего возвращения в дом Тарасовна застала там целую шайку, умышляющую обработать доверчивого Евсеевича. Деловито вымела ее, при этом успела вытрясти из Пускача «фамильную» солонку, стыренную Евсеичем в колхозной столовке еще в советские времена.

— А это что за нож?- Узрела она у мужа кортик.- Купил?!

— Наградили.

— Жди, наградят тебя они! Давай-ка сюда ножик. За что наградили-то?

— За главный выигрыш в лотерее.

— Ты, я гляжу, еще подлокнул? Что нам завтра за деньгами ехать, забыл уже?

Тарасовна бранилась, тем не менее, чувствовалось, что она весьма и весьма «в духе». И беспорядку в доме радовалась, как праздничному. Даже ругалась как-то жизнеутверждающее. Да чего там говорить, ведь так приятно быть богатой.

Она спрятала кортик, наспех прибралась, критически осмотрела раму от картины, прикидывая, подо что бы ее приспособить.

— Евсеич, открывай-ка банки! Да не все, а вон те две, с баклажанной икрой и сельдью.

— Да их всего три.

Хозяйка стала деловито хлопотать на кухне. В магазине Тарасовна не смогла перебороть свою скуповатость: и теперь — вместо вожделенных Евсеичем деликатесов — на столе возникали десерты попроще. А именно: вместо красной икры — икра минтая, вместо сыра с плесенью – плавленый сырок. И водка воцарилась не самая лучшая, а средненькая, надо сказать, водка. Но, тем не менее, с очень даже симпатичной этикеткой!

Забулькал подсоленный кипяток, понеслись ароматы вареных сосисок и свеженьких, крепеньких огурчиков.

Чокнулись за выигрыш, выпили. И так хорошо на душе у обоих сделалось, что рассказать невозможно. Подснежники расцвели, и нежной дымкой голубой качнулись над апрельскими полянами.

— Постельное белье новое купим, скатерть, занавески, машинку стиральную и маме челюсть новую. Остальное — на книжку,- подперев щеку кулачком, замечталась Тарасовна.- На мою.

— Вентилятор и компьютер,- подпел Евсеич.- В хозяйстве вещи нужные.

— А компьютер тебе зачем? Кашу он тебе, что ли варить будет!

— Тогда давай машину. Тойоту какую-нибудь, как у олигархов?

— А давай! – Разрешила Тарасовна.

Оба засмеялись и неожиданно для самих себя слились в сладком поцелуе, чего уж лет 20 не бывало.

Сселись. Обнялись.

— Чего ж мы живем-то так, Тарасовна? Не поговорить, не довериться, как чужие люди.

— Я как знала, что ты чего-нибудь отчебучишь. СтОящее!- Устремила мечтательный взгляд Тарасовна на полную Луну, вставшую против окна.

Плечи Евсеича мелко затряслись. Украдкой он смахнул набежавшую слезу.

— Теперь не так будет.- Гладила его по голове супруга, шмыгая порозовевшим носом.- И посидим, и поворкуем, и ноженьки твои усталые омою, и друг — дружке доверимся…

— Я ведь придумал про лотерею-то эту, будь она неладна.- В тон задушевной беседе подстроился Евсеич.

fevseich3

В тот же миг откуда-то из недр кухни стремительно вылетела сковородка и ахнула Евсеича прямиком в азартный лоб. Столь стремительно, что он и понять ничего не успел. Как будто нарочно летела мимо и нечаянно уклонилась от курса. Евсеич кулем сверзился с табурета, да так накрылся теми самыми неомытыми ногами.

Доверился.

Маргинал Евсеич. Юмористический рассказ

________________________________________________________

-Таких, как вы надо изолировать от общества,- осуждающе хмурила тонкие бровки завуч Альбина Куприяновна и кутала шейку меховым воротничком пальто, бочком встав на пути Евсеевича. Все знали, как страшно она переживает за свою школу.

— Почему?- Зябко переминался с ноги на ногу Евсеич.

— А вы врун и асоциальный элемент. Маргинал, одним словом.- Супилась она:

— И муляжи фруктов верните. Это — наглядное пособие.

«Маргинал,- широко шагая, размышлял Евсеич.- Хорошо хоть не нотариус какой-нибудь».

 

Leave a Reply

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *