Рецензия на фильм «Деревенская история»: от гламура, до зашквара

Posted by

Пора, пора друзья мои нам подняться на палубу нашего галеона критиков, поставить паруса, да и выйти в бушующее море кинематографа.

Сегодня держим курс на фильм «Деревенская история» , снятый отечественными кинематографистами в ту пору, когда еще теплилась в них память, как надо снимать фильмы, однако, снимать они уже не умели.

Эта лента, как спил дерева, являет нам кольца и этапы деградации российского кино, отразившего упадок всего нашего общества, прошедшего за эти годы скорбный путь от гламура до зашквара.

«Отразившего» не в плане художественного осмысления реальности, а буквального повторения этого падения, приведшего наше cinema в состояние полного отстоя.

Молю, други мои, ну скажите мне на милость, ну откуда берутся эти режиссеры, сценаристы, операторы, актеры, хуже которых, даже если будешь искать георадаром, видящем на десять метров вглубь, не отыщешь.

Я не знаю, может уже есть какой-то особый тайный, подпольный институт кинематографистов, где готовят специальные кадры, призванные похерить этот вид искусства. Пожалуй только этим можно объяснить все то, что происходит на наших экранах.

Теперь о карикатуре… пардон, хотел сказать, о картине.

Впрочем, оговорился я практически по Фрейду, невольно сформулировав суть этого фильма.

Это действительно карикатура на мелодраму, но не веселая, озорная и притягательная, а на редкость печальная, можно даже сказать, удручающая.

Единственный свет в оконце тут — актриса Екатерина Гусева, исполняющая роль главной героини. Но и в этом направлении хорошего мало, поскольку роль лишена какого бы то ни было смысла, растерянная актриса перемещается по кадру в легком недоумении, в просьбе какой-то, если хотите, в мольбе к создателям этой ленты: «братцы, ну дайте же уже что -нибудь сыграть».

Не дают братцы.

История не то несостоявшейся золушки, не то Анны Карениной, так и не дождавшейся на путях своего поезда, который где-то изменил ей с другой Анной.

Удивительно это неизбывное стремление режиссеров снимать Гусеву, эту калиброванную, авторскую красавицу в роли таких блаженных, нелюбимых нумех, то и дело попадающих в глупейшие житейские ситуации, в которые и страшненькие женщины и то редко попадают.

То ли эти режиссеры вымещают на Кате свои мужские комплексы импотентов, мстящих красавицам, то ли тут какая -то иная игра разума, но Боже ты мой, не сочетается образ Гусевой с образом замухрышной брошенки, каковою она предстает в этом головокружительном «блоХбастере».

Не совместим типаж с характером персонажа, мать вашу, когда вы это поймете, киношники вы шестикрылые!

Ну, в общем, муж в этой «Деревенской истории» гуляет от жены, каковую играет Екатерина Гусева, направо -налево, да еще и поколачивает ее, она, понятное дело, все это терпит, сносит… словом «лепит, творит, малюет».

О муже известно немного. Вроде воевал, но где и как история умалчивает. Актер на роль фронтовика подобран невероятно удачно — ни шрама, ни царапинки, эдакий ухоженный, сытый мужчинка, подпили ему ноготки — холеный альфонс, который с бэкграундом мужика, прошедшего войну, монтируется крайне косо.

Делом не занят, в жизни не устроен, типичный неудачник- ходит, ноет, зудит, короче, чучело — мяучело, соленый огурец, еще и срывает досаду на всех, кто попадается под руку, а рука здоровенная, тяжелая, как ковш экскаватора. Чаще всех, как вы уже поняли, под нею оказывается законная супруга, ее он гоняет по всему селу, в перерывах между своими походами на бл… дки.

Короче, действительно ли ходил на войну, не понятно, за то на бл…дки отползает регулярно. И это очевидно.

В несчастной семье подрастают двое детей, удрученных разногласиями родителей и теми драматическими экзерсисами, в которые ввергнута их бесславная ячейка общества.

Время от времени их мать бегает топиться на ближайшее озеро, однако случай раз за разом мешает ей осуществить свой душераздирающий план. И, вся с ног до головы намокшая и озябшая, та возвращается в лоно семьи, в свой дом, который и не ее вовсе, а жилище родителей жестокого мужа, где властвует его мать, свекровь героини — особа особо коварная, мстительная и лютая, выпившая из невестки уже, практически, всю кровь, до последней капельки.

О, Господи, дай мне силы проложить эту рецензию.

Сын, этот взрослый, лютый мужик, нанюхавшийся пороха на всю оставшуюся жизнь на непонятных фронтах, являет собой яркий тип маменькиного сынка, что тоже очень «органично»  сочетается с образом бывалого солдата, смотревшего смерти в лицо. Видимо, лицо его матери — страшнее самой смерти, поскольку мать он боится больше.

О, этот широченный замах, явить зрителю многосложную, истинную драматургию с глубиной мирового океана, обернувшийся снятием кривой пародии с глубиной медного таза, каковым этот замах и накрылся.

Ни тепла, ни душевности, ни искренности. Дровами бездарной архитектуры этого фильма завалило Катин талант, ее естественность, ее мастерство. Как могла, в одиночку, она тянула эту эпопею, но вытянуть не смогла, слишком тяжела поклажа.

Идем далее. В селе, где проживает эта веселая семейка, случайно, проездом оказывается молодой, столичный бизнесмен. Ну, а что было дальше, вы конечно же ни за что не догадаетесь. И даже не пытайтесь, сюжет настолько оригинален, что даже самое смелое ваше предположение, не попадет в цель… Ладно, не собирайте лица в кучу в дремучей своей задумчивости, не морщите лоб, все равно не дотумкаете. Коммерсант влюбляется в эту битую неумеху — бабу. А?

Каково?!! Я же предупреждал, что фабула дьявольски своеобразна. Слоеный торт с желудями, а не фабула!

Ну, а потом, испытывая невыразимую душевную муку, эта чужая жена бежит в Москву к тому залетному коммерсанту, и они тут же идут в ресторан.

Перед этим зрителю предстоит пройти через тоже страшно своеобразную, редкую сцену, когда московский ухажер ведет свою сельскую возлюбленную в магазин одежды, где она буквально преображается в королеву красоты, примерив дорогие обновки.

Если говорить прямо, то я, пожалуй, и не припомню ни одной современной отечественной мелодрамы, где герои не прошли бы через такой сюжет, аккуратно слизанный с голливудской «Красотки».

Наши доярки, бухгалтерши, нищенки, училки, певички, хабалки, зачуханки и шаболды проходили в фильмах сквозь горнило бутиков и салонов красоты и восставали оттуда королевами, как птица Феникс из пела. В сияющих зеркалах с трудом узнавали себя. А, узнав, пугались, робели и плакали, будучи не в силах осознать, что вот то самое, лучезарное божество, которое озирает их из зеркала, это они сами и есть!

Вот и тут все идет в строгом соответствии со сложившейся традицией. Новое платье преображает героиню, ловко охватив ее талию, округлив бедра и груди, оголив мраморные плечи, игривым ошейником обняв чудесную шейку.

Коммерсант ликует, что не ошибся в выборе и раскопал таки в образе этой безвкусной крестьянки умопомрачительную барышню.

Московского друга селянки играет тоже неординарный актер, специально подобранный из неотесанных бревен новенького частокола.

Смотришь на этого артиста и не можешь угадать, человек это или биоробот, настолько стабилен он в своей игре и непроницаем в эмоциях. Своей однородной голосовой интонацией он не совпал ни с одной сценой. Я все надеялся, может, в фильме, со своей стороны, найдется хотя бы одна сцена, которая, хотя бы случайно, сама совпадет с его интонацией, но тщетно. Не совпала.

Герой одинаков, что в сцене объяснения в любви, что в сцене распекания подчиненных.

Крепкая харизма, достойная памятника.

Ну, и вот ресторан. Там наша героиня поет караоке. Тут же со всех сторон набегают восхищенные, взволнованные продюсеры, взъерошенные по последнему слову техники, рвут девушку на части, предлагают записать диск. Что тоже недалеко от правды, ведь всем известно, что в Москву стоит только заехать, как тебя тут же подхватят под руки продюсеры, композиторы, режиссеры, издатели и возведут в звезды.

В общем, крайне жизненная, точная, удачная находка!..

Эти «находки» в ленте — на каждом шагу. Пересказывать их все не вижу смысла, вы их наверняка встречали в других наших фильмах. Они кочуют из одного в другой, иногда даже не меняя актеров.

Поэтому сосредоточусь на финале. Он потрясает своей новизной, своим размахом и авангардом.

Вот у этой провинциалки есть все: московский богатый, красивый, молодой мужчина, сцена, слава, достаток и головокружительные перспективы. Но, все что-то не то. Вроде и гусь запечен, и черносливом напичкан, и аромат такой, что таешь, как сливочное масло… а нету перца. Перчика красного, жгучего, огненного. Вот тянет ее из под лучей софитов под тяжелую руку брошенного мужа. Воспоминания о нем и об его методах воспитательной работы не дают ей житья. Наконец, она бежит в село, с рыданиями бросается в объятья своего законного тирана в резиновых галошах.

Все, сюжет закольцевался. Это кольцо, как петля задушила и весь этот фильм, а с ним, на фиг, и весь наш российский кинематограф.

Крепись зритель. Наши колдуны — кинематографисты, наверняка, варят для тебя новое зелье, пекут новые адские фильмы. Одно мое тебе пожелание, чтобы твой курс и курсы этих лент не совпали.

Это не фильмы, это торпеды, способные поднять на воздух любой здравый смысл. Снести любую надстройку и крышу.

Господи, велика воля твоя. Да отступать некуда, позади Москва.

Тишина на площадке. Мотор!

Александр Калуцкий

фото — из открытых источников

(Visited 102 times, 1 visits today)


 

One comment

  1. Браво, Александр! Наконец найдено точное название этой эпохи. Именно «От гламура до зашквара». Точнее не скажешь)))

Leave a Reply

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *